Царизм и либеральный вопрос

0
352
Царизм и либеральный вопрос

Вот, вроде бы в стране снова догнивает очередной режим, который устанавливался, как либеральный, как обеспечение хотя бы минимальных прав и свобод граждан. Как же так вышло, что, что меньше чем за два десятилетия этот режим переродился в свою противоположность, в гнусную оперетку, неглубокую пародию на сталинский СССР или Италию времен дуче с ярко выраженной имитацией внешних институтов европейской государственности?

Дежурные ответы, что, мол, не было люстрации, что не довели до логического конца десоветизацию общества, да не тех выбрали, да еще труба нефтяная сдуру подорожала, да то, да сё… Все это – просто констатация свершившихся фактов, но никак не осознание сути процессов и уж подавно не позитивная программа.

Даже самые порядочные люди, придя во власть в нашей стране, окунутся в то же самое д…мо, и далеко не факт, что смогут вылезти из него с честью или хотя бы с минимальными потерями. Сложившаяся де-факто структура государственных и надгосударственных институтов власти, система силовых структур и вооруженных сил, механизмы регулирования экономики и торговли и управления государственной собственностью и ресурсами, система налогообложения, система движения столь любимых нынешними питерскими денежных потоков – все это висит в воздухе и не имеет никакой опоры в обществе и в государстве. Всё это так же призрачно, как выборы, Дума, свобода митингов и собраний.

Поясню свою мысль: все эти институты были подвергнуты необходимой трансформации для закрепления на максимально длительное время власти и процветания очень специфического и немногочисленного меньшинства, постепенно в последние 15-18 лет захватившего реальную власть в стране, что было не очень трудно, в силу ее полной бесхозности и относительно хорошей остаточной вертикальной и групповой организации этого самого хорошо известного меньшинства, подвесившего, по меткому выражению В. Черкесова, страну на «чекистский крюк».

Правление этого, явно враждебного и чуждого интересам большинства народа меньшинства, о чем ярко свидетельствует всё(!) принятое за последние 10 лет хорошо выраженное антинародное законодательство, можно было бы определить по Л.Н. Гумилеву как химеру. Ожидание саморазложения этой химеры из-за ее же объективных недостатков, в силу ее вертикальной замкнутости и несменяемости, передачи ритальной власти старшему партнеру, может продлиться некоторое время, однако пассивное игнорирование проблемы приведет примерно к тому, к чему пришла другая историческая химера — Хазария при Иосифе II – мы просто исчезнем с карты мира как совершенно лишняя деталь.

Совершенно очевидно, что эту власть уберут, тем или иным способом, и что-то более внятное и национально ориентированное придет ей на смену. Надеюсь, что придут ответственные и честные перед народом люди; и первое, с чем они столкнуться – это полное разложение институтов государственной власти, и судебной, и законодательной, и исполнительной. Они столкнуться и с проблемой лояльности и простой ответственной исполнительности государственных служащих всех уровней, не будем уже говорить про такие уродливые и позорные явления, как нынешнее МВД и все его наплодившиеся «сёстры», и старшие и младшие, камнем висящие на шее тонущей страны.

Реальным ответом новой власти будет попытка реформировать все и вся, отвечая на насущные запросы общества. Но при всех хороших побуждениях, велика вероятность, что новые структуры управления будут лояльны не Конституции, не народу, не абстрактному государству, а именно снова назначившей новых чиновников и силовиков власти. Тут велик риск бега по заколдованному кругу. Снова появится искус что-то подправить в Конституции, как то изменить правила игры, и так до бесконечности, если даст Бог, и власть станет сменяемой, наконец.

Уже имевшие место успешные попытки подстроить конституционный строй под интересы указанного мною выше меньшинства нынешних временщиков, например, сейчас превратили нашу многострадальную страну в пугало и посмешище для всего мира. Мало кто у нас задумывается, что на нас сейчас смотрят в мире так же, как мы смотрим на Лукашенко или почившего в Бозе Чавеса. Видимо, и в дальнейшем, суетливые попытки перестроить структуру государственной власти под требования момента могут быть лишь столь же результативны. Особенно, в условиях консервации некоторых привычных уже, к сожалению, атавизмов советской власти.

Я не претендую на истину в последней инстанции, но хочу высказать некоторые свои наблюдения и мысли, которые, согласно моим убеждениям, помогли бы преодолеть этот парадокс и выйти из этого vicious circle. Хочу отметить, что нижеприведенные мысли вызваны болью за судьбу Родины, которая может просто исчезнуть при жизни наших детей или внуков, и являются плодом многолетних размышлений и анализа динамики развития, вернее, деградации, нашего общества. Суть моих тезисов в том, как с минимальными издержками придать государству необходимую устойчивость и эластичность, сделать его реальным защитником и гарантом прав народа с учетом модернизационной парадигмы.

Начну с того, что, по-моему, Конституция Шахрая-Алексеева – хороша, хотя и писалась наспех по конъюнктурному поводу. В то же время, опыт показал, что при желании и ее можно извратить и выхолостить до неузнаваемости, а общество довести до современного «опущенного» состояния, так как соблюдение Конституции ничем и никем не гарантируется, что в рамках дефицита времени предусмотреть, конечно, было трудно, так как в России, кроме Высочайшего Манифеста 1905 года, действующей конституции никогда прежде не было.

Для большинства развитых стран, где государственные институты существуют уже столетия, обеспечение преемственности власти, незыблемости примата права и неприкосновенности собственности и личности граждан, обеспечение прав и свобод — все это не представляет проблемы. Будь-то англо-саксонская государственническая традиция, либо германо-скандинавская, либо романская, либо даже польская вечевая модель, тут есть разница только в нюансах, представляющих интерес для юристов и историков.

Исток – один: римское право, Magna Charta, скандинавское средневековое право, магдебургское право, и далее, всё это в классическом обобщении Шарля-Луи де Монтескьё, Алексиса де Токвиля и Бенджамина Франклина. Нас в данном случае интересует больше опыт государств, переходящих от смут, деспотий и диктатур к цивилизованному правлению, не забывая и уникальной опыт развития права и государства в России, его истоках и традициях.

Мне кажется, что в мире есть три страны, чей опыт во многом схож и применим, хотя бы отчасти, в преломлении нашей истории и культуры, конечно. Тяжелые удары, военные поражения и, кое-где кровавые смуты, приведшие к глубокой перестройке общества и государственных институтов пережили кроме России в 20 веке еще три крупных цивилизованных страны – Турция, Япония и Испания. И все они, кроме России, опять же, нашли выход, и движутся на пути к устойчивому развитию в нормальном «западном» понимании этого слова.

Причины кризисов, смут и поражений общеизвестны, и я не буду на этом останавливаться. Опыт восстановления государства и права во всех этих странах уникален, и его слепое копирование ничего не даст, однако, есть моменты, которые просто необходимо учесть при установлении конституционного порядка жизни общества и государства в России.

Эти общие моменты – приоритет прав и свобод граждан при смене власти, гарантия против деспотии и узурпации власти, чего к сожалению, нет в современной России. В случае Турции гарантом незыблемости государственного строя выступает армия, в случае Испании – монархическая власть и армия, в случае Японии – монархическая власть и устойчивые традиции, верования и предпочтения народа.

Во всех трех случаях эти гаранты обеспечивают регулярную смену исполнительной власти, независимость судов и выборность власти законодательной, то есть именно того, что в России только декларируется, но никак не обеспечивается и не гарантируется. Под прикрытием же деклараций, в России, по сути, происходит лишь консервация у власти определенной социально-профессиональной узкой группы лиц иногда с позорной имитацией передачи полномочий от одного лица другому.

Своего русского Кемаля Ататюрка, нам, видимо, не дождаться, убьют раньше, чем он проявит свои качества. Хотя им мог бы стать тот же Лавр Георгиевич Корнилов, Александр Васильевич Колчак, Петр Николаевич Врангель, или, в недавней истории, Александр Иванович Лебедь или Лев Яковлевич Рохлин.

Общеизвестно, однако, что этого не произошло, а наоборот, всё закончилось очень печально из-за сильного противодействия антирусских в политическом смысле антинациональных структур. Поэтому турецкий вариант руководства армией обществом без объединяющего монархического начала представляется ввиду отсутствия «Ататюрка» маловероятным, хотя о важной и необходимой стабилизирующей роли армии в переходном обществе я еще скажу ниже.

Модель власти, которая с вариациями сложилась в России в 20 веке, не предусматривает главенства права и незыблемости государственных институтов; большая часть людей, «попавших во власть» — беспомощны, зачастую не просто малообразованны, а некультурны, некоторые даже не владеют русским языком, а изъясняются на профессиональном жаргоне; отстаивают фракционные и корпоративные интересы, часто и просто преследуют мотивы повышения благосостояния и влияния своей узкопрофессиональной группы, либо более широко мыслящие и талантливые политики наталкиваются на мощное организованное противодействие и дискредитацию по всем направлениям (как, в частности, Ельцин или тот же Лебедь).

Разумным представляется, в этой связи, возвратится к традиционной для России монархической модели, что, с учетом коллективного сознания народа, который отождествляет до сих пор любого мелкого выскочку или узурпатора с императором как с символом своего суверенитета, может стать творческим развитием испанской модели.

Народ Испании после кровавой красной смуты и последующей диктатуры Франко, нашел в себе мужество вернуться к законному правлению, чем не пример и урок для русского народа? Восстановление законного правления сможет обеспечить незыблемость государственных институтов и гарантию прав людей при смене власти. Государственная собственность перестанет быть ничьей, то есть дармовым источником обогащения для сослуживцев и соседей по даче, суды станут императорскими, независимыми от выборной власти, независимой от выборной власти станет и армия.

Раздутый институт всяческих спецслужб, предназначенных для защиты узурпаторов власти от источника суверенитета – народа — в условиях регулярно сменяемой выборной власти станет не нужен. Неугодного премьера будет куда легче переизбрать, чем свергнуть. Это, конечно, возможно, если, как и в случае Испании, армия будет подчиняться только императору, и отвечать, как и в турецкой модели, за неукоснительное соблюдение ВСЕХ требований конституции. Вернется исконное значение термину «русский» — то есть, поданный русского императора, а кто он – великоросс, украинец, татарин, башкир, еврей, это уже будет его личным и семейным делом, делом воспитания, этнических и религиозных традиций и культуры в рамках единой русской нации-государства.

Конституция Алексеева-Шахрая, по сути, и является имперской, и мало отличается по духу от Высочайшего Манифеста. Достаточно заменить главу «Президент» на главу «Император Всероссийский», где можно перечислить все те же функции гаранта, расширить понятие «главнокомандующий» и добавить редакцию закона Павла Петровича о наследовании престола Российского и императорской фамилии с учетом современных реалий.

Хорошо бы добавить главу или раздел о конкретных функциях главнокомандующего вооруженных сил в деле защиты конституции, стабилизации общества и карательных санкциях за узурпацию власти или искажение результатов выборов.

Легитимизация власти – дело Земского собора или Учредительного собрания, что, в принципе, одно и то же. Я – сторонник взглядов Ивана Солоневича — считаю, что монарха из царского (слава Богу, не прервавшегося) рода Романовых может избрать только Земской Собор, так как после В.К. Владимира Кирилловича ни один потенциальный император не отвечает в полной мере закону Павла, хотя кандидатов — прямых потомков наших императоров — много, и очень достойных, и Николай и Дмитрий Романовы, и Георгий Юрьевский-Романов, Куликовские, и Ольденбургские, и Кентские, и король Павле Караджорджевич, и король Михай, и болгарский царь Симеон Саксен-Кобург-Готский, и испанский король Филипп Шестой (потомок Николая Первого по матери), Чарлз Уильям Джордж Маунтбеттен-Винздор (принц Гарри) и другие. Тут важен принцип законного выбора народа с учетом воли Избирательного Собора 1613 года и преемственности власти.

Тут важен принцип законного выбора народа с учетом воли Избирательного Собора 1613 года и преемственности власти. Велика и роль нашей Церкви и татарского мусульманского духовенства, как и во времена Первой Смуты, в этих кругах, я уверен, найдутся и подвижники, а не только стяжатели — чиновники — князи Церкви и Мечети. После проведения гласных судов, процедуры люстрации и лишения всех наиболее одиозных деятелей пассивного избирательного права и права на занятие государственных должностей от школьного учителя и выше, публикации списков сексотов МВД и ФСБ, после роспуска и законодательного запрета этих организаций, можно будет провести выборы в парламент (уж как его назвать, дума ли, вече, или еще как, пусть решит собор).

Одно ясно, имитационные выборы никому неизвестных аппаратчиков по «партийным спискам» должны уйти в прошлое. Дело партий — готовить кандидатов к выборам, а дело кандидатов – фактически избираться по округам реальными избирателями с правом отзыва, что влечет автоматическое предоставление полномочий второму по количеству голосов кандидату, без всяких там «паровозов» и прочей шелухи.

Возможно, выборы надо сделать гласными, с вывешиванием бюллетеней на участке. Выборы судей первой инстанции и начальников полиции тоже должны способствовать наведению порядка. Лидер большинства становится премьером и занимается текущими вопросами управления государством, как в Испании или Японии. Но у него никогда не должно возникнуть даже мысли о своей незаменимости или о переделке конституции, иначе он немедленно смещается.

Армия и спецслужбы, а также министерство государственных имуществ подотчетны только императору, как и суды высшей инстанции. Решение о войне или военной интервенции должно согласовываться всеми ветвями власти. Подзаконные комитеты и комиссии, дающие всякие разрешения и согласования, должны уйти в прошлое. Их должен заменить возрождаемый институт выборных земств. Мудрый Александр Исаевич был оплеван за земства совершенно незаслуженно, но хорошее — видится на расстоянии.

В короткой статье нельзя перечислить всего, но хотя бы это может послужить пусковым механизмом для создания дееспособного народного государства с гарантией против узурпации власти и ущемления интересов и прав людей, прекращением грабежа ресурсов Родины и унижением ее жителей.



ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here